"Умереть на молитве - это высшее счастье для христианина"

"Умереть на молитве - это высшее счастье для христианина"
К 100-летию мученической кончины протоиерея Философа Орнатского и иже с ним убиенных чад Бориса и Николая

В августе 1918 года оборвалась земная жизнь выдающегося церковного деятеля, настоятеля Казанского собора в Петрограде протоиерея Философа Николаевича Орнатского. Вместе с ним приняли мученическую кончину его сыновья Борис и Николай - герои Первой мировой войны, офицер-артиллерист и военврач удостоенные многих боевых наград.

По неизреченной милости Божией мне довелось готовить материалы к канонизации и писать жития этих славных сынов земли Русской. В процессе исследований в архивных и библиотечных фондах, встреч с потомками Орнатских удалось открыть многие поразительные факты из жизни отца Философа. Прежде всего - это сведения о его непостижимых подвигах, которые можно было совершить только с помощью всеукрепляющей благодати Божией.

В начале 2000 года была впервые издана моя книга "Крестом отверзается Небо. Жизнь и подвиги новомученика протоиерея Философа Орнатского", основанная на собранных материалах и свидетельствах родственников этого дивного пастыря. На основании этих исторически достоверных и точных сведений Юбилейный Архиерейский Собор Русской Православной Церкви 2000 года принял решение о прославлении для общецерковного почитания протоиерея Философа Орнатского в лике священномучеников, а иже с ним убиенных чад Николая и Бориса - в лике мучеников. 

Величие подвигов отца Философа воистину превышает всякое воображение. Они поражают обилием дел, совершенных во имя любви ко Господу и к ближним - здесь вспоминаются слова святого апостола Павла: "Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе" (Флп. 4:13).

Ближайший ученик и соработник святого праведного Иоанна Кронштадтского, в течение 26 лет возглавлявший Общество религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви и деятельный участник ряда других всероссийских православных братств; член Синодальной комиссии по выработке правил для наблюдения за выходящими в свет произведениями духовной литературы; редактор и духовный цензор шести многостраничных православных журналов; издатель, стараниями которого были изданы многие миллионы (!) душеполезных книг и брошюр; блестящий проповедник и прекрасный оратор, которого по праву называли Златоустом своего времени и всероссийским церковным витией, а его слова и поучения - подлинным кладезем духовной мудрости, пронизанной светом и любовью; богослов-молитвенник и духовный наставник ряда студентов Санкт-Петербургской духовной академии, впоследствии - выдающихся архипастырей Русской Православной Церкви, в том числе прославленных в лике святых; депутат Санкт-Петербургской Городской Думы от духовного ведомства, возглавлявший комиссию по народному образованию; благотворитель, стараниями которого был обустроен ряд ночлежных домов, бесплатных столовых, школ и приютов для детей-сирот, больниц для неимущих и богаделен для престарелых; храмоздатель, построивший в Санкт-Петербурге и его окрестностях двенадцать благолепных храмов, но при этом подрабатывавший частными уроками Закона Божия в разных концах Санкт-Петербурга для поддержания жизни собственной многодетной семьи (все перечисленные выше послушания протоиерей Философ исполнял безвозмездно!), светлейшей души и чистейшего сердца человек - удивительный духовный врач, исцелявший скорби и недуги многих тысяч верующих в течение нескольких десятилетий. Только Единому Господу известно, каких духовных сил и физических трудов стоило батюшке Философу совмещение всех его ответственных послушаний с напряженной пастырской деятельностью.
 
Он был первым духовным наставником митрополитов священномученика Вениамина Петроградского (Казанского), экзарха Русской Православной Церкви в США Алеутского и Сан-Францисского Вениамина (Федченкова), Японского Сергия (Тихомирова), Ленинградского Григория (Чукова), Крутицкого и Коломенского Николая (Ярушевича); архиепископов святителя Серафима (Соболева) Богучарского чудотворца, духовника царской семьи Полтавского и Переяславского Феофана (Быстрова), Казанского и Свияжского Венедикта (Плотникова); священномучеников епископов Ревельского Платона (Кульбуша) и Сарапульского Амвросия (Гудко); протопресвитера военного и морского духовенства Георгия Шавельского и других выдающихся церковных деятелей.

Отдавший в годы Первой Мировой войны свой дом под лазарет для раненых воинов, отец Философ постоянно выезжал для совершения богослужений в районы боевых действий на передовые рубежи русской армии с многочисленными подарками для доблестных защитников Отечества. Огромной была народная любовь к этому бескорыстному служителю на ниве Христовой.   

Великий исповедник Православия, отец Философ одним из первых встал на защиту Александро-Невской лавры при попытке захвата ее богоборцами в январе 1918 года. Крестный ход по Невскому проспекту в защиту главной обители Петрограда, состоявшийся по призыву батюшки, собрал около полумиллиона верующих. Так удалось отстоять эту дивную святыню северной столицы. Протоиерей Философ Орнатский вызывал у богоборцев лютую ненависть и страх, участь его была предрешена в рамках начинавшегося "красного террора"... 

На заседании Всероссийского Поместного Собора 24 января 1918 года в Москве отец Философ призвал всех верных чад Русской Православной Церкви встать на защиту Ее святынь: "Пора сказать, что разбойники взяли власть и управляют нами, - сказал он. - Мы терпели, но терпеть далее невозможно, потому что затронуто Святое Святых русской души - Святая Церковь... На сознательное мученичество идти не следует, но если нам нужно пострадать и даже умереть за правду, это надо будет сделать. Крестные ходы докажут всем, что верующий народ объединяется. Духовенству надо проповедовать народу не по праздникам только, а всегда и везде, где можно. Все должны говорить, что необходимо защищать святую веру, надо кричать об этом в трамваях, кинематографах, на железных дорогах…"

Неутомимый борец за истину Христову открыто обличал большевистскую власть с амвонов и трибун вплоть до своего ареста. Во время визита в Петроград Святейшего Патриарха Тихона на богослужении в Казанском соборе в День Вознесения Господня 13 июля 1918 года протоиерей Философ сказал другие знаменательные слова: "Пусть же очнутся, наконец, безбожники и богохульники наших дней, посягающие на святую веру и Церковь, воры и грабители, раздирающие Родину и расхищающие народное достояние, пусть проснутся теплохладные и встанут на защиту родных святынь, пора и всем нам объединяться для пробуждения в народе древлерусского благочестия".

На следующий день, во время встречи Патриарха с участниками Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви, батюшка вновь выступил с речью против представителей богоборческого режима. 

"Не на словах только, не в повременной печати, но декретами правительства, претендующими на силу закона, святая вера и Церковь Православная признаются отжившими свой век учреждениями и на место вечных начал христианской жизни провозглашаются и поставляются начала социализма, имеющего перестроить жизнь по-новому, - отметил отец Философ. - Мы не скрываем своего отношения к социализму и с церковной кафедры открыто проповедуем, что это есть идейно-обоснованный голый грабеж. Социализм враждебен христианству, он не признает Неба и хочет устроить рай на земле. Мы знаем по опыту, во что обращаются в социалистическом государстве украденные из христианства святые начала - свобода, равенство и братство. Ныне больше, чем когда-либо, и в России больше, чем где-либо, ясно, что только на основах подлинного христианства возможно вернуть народу порядок для продолжения спокойной жизни, имеющей конечной целью спасение во Христе".

А вскоре Господь украсил сего ревнителя правды Божией мученическим венцом. Отцу Философу было всего 58 лет... 

Согласно ряду свидетельств, место массовых расстрелов активных противников кровавого режима в 1918-1919 годах находилось в районе Стрельны, на южном берегу Финского залива, западнее поселка Лигово, по дороге на Петергоф. Это был далеко уходивший в море бетонный мол, служивший защитой и пристанью для судов расположенного там яхт-клуба. С оконечности этого мола тела убиенных палачи-красноармейцы сбрасывали в водную глубину...

Известен рассказ сторожа дамбы на Финском заливе, который в день расстрела до поздней ночи справлял свои именины. Веселье было нарушено шумом двигателя подъехавшего грузового автомобиля, выгрузкой людей, погребальным молитвенным пением и выстрелами. Собравшиеся у сторожа слышали и отчетливо произнесенную фамилию "Орнатский"...

Дошло до нас и свидетельство водителя (лично знавшего отца Философа), который по приказу чекистов перевозил арестованных из ЧК с Гороховой, 2, к месту казни; начальник расстрельной команды спросил отца Философа: "Кого расстреливать первым - тебя или сыновей?" Батюшка ответил: "Сыновей", - и стал читать молитвы на исход души... 

Имеется несколько версий рассказов о том, как принял отец Философ мученическую кончину. Для всех рассказов характерна одна общая деталь - подвижник встретил земную смерть, стоя на коленях и совершая молитву. Вместе с отцом Философом и его сыновьями Николаем и Борисом было тогда расстреляно еще тридцать петроградских офицеров, верных Царю и Отечеству.

По пути к месту расстрела батюшка являл собою образец полнейшей невозмутимости и с несказанной духовной умиротворенностью утешал и укреплял взволнованных сомучеников.

Перед началом казни отец Философ кротко произнес: "Ничего, ко Господу идем. Вот, примите мое пастырское благословение и послушайте святые молитвы". И, став на колени, начал спокойным, ровным голосом читать отходную...

В 1903 году в Сарове отец Философ, бывший главным оратором на торжествах по прославлению великого угодника Божия Серафима Саровского чудотворца, в присутствии августейшей семьи в поучении о праведной кончине преподобного Серафима произнес удивительные слова: "Какая чудная, блаженная кончина - венец праведной подвижнической жизни! Умереть на молитве - это высшее счастье для христианина. На молитве человек, становясь лицем к лицу с Невидимым Богом, переживает все святые чувствования, изливает пред Ним всю свою душу, предает всего себя в руки Его. Смерть на молитве, освобождая дух человека от уз плоти, возвращает его в родную стихию блаженства вечного в лицезрении Божества, что составляет счастье и самой молитвы. Умирающий на молитве находит то, чего искал, к чему пламенно стремился. Так, с молитвою на устах, умер на Кресте Господь наш Иисус Христос, с молитвою же за врагов своих умер и святой Стефан первомученик, и многие другие праведники. Да не лишит и нас, братие, Господь Бог этого счастья!" Эти слова протоиерея Философа Орнатского оказались по отношению к нему самому поистине пророческими.

Святый священномучениче отче Философе, святие мученики Борисе и Николае, молите Бога о нас! 

Дни памяти священномученика Философа Орнатского и его сыновей: 1) 31 мая/13 июня - в день тезоименитства отца Философа; 2) В Соборе новомучеников и исповедников Церкви Русской (25 января ст. ст. при совпадении этого числа с воскресным днем, в ином случае - день указывается в церковном календаре); 3) в Соборе Санкт-Петербургских святых (Неделя 3-я по Пятидесятнице).

Валерий Филимонов, писатель-агиограф, 
автор жития священномученика пресвитера Петроградского 
Философа Орнатского и иже с ним убиенных чад Бориса и Николая

Опубликовано в альманахе Константино-Еленинского монастыря "Линтула" № 10