Пасхальная конференция прошла в РХГА

В Русской христианской гуманитарной академии 16 апреля прошла XVIII Пасхальная конференция, посвященная теме "Богочеловечество Христа в теологическом и культурологическом измерении".

Конференция началась с праздничного молебна в камерной обстановке академического кабинета, который отслужил иерей Константин Щербак. Отец Константин в кратком слове после молебна, имея в виду пережитый Великий пост, сказал: "Мы прошли тот путь, когда в каждого из нас, в обычного человека должен был войти Бог и Человек Христос".

Открыл конференцию профессор РХГА Петр Сапронов докладом "Насущные проблемы осмысления христологического догмата".

"Когда мы говорим, что в Боге две природы и одна ипостась, мы подразумеваем, что эти две природы ипостазируются", - на это в первую очередь обратил внимание слушателей Петр Александрович. Профессор подчеркнул, что эта мысль прослеживается у отцов Церкви, в частности, у Иоанна Дамаскина: "Природа неипостасная не существует".

"Моя позиция в том, что никакой предшествующей природы не существует, что Бог - это ипостасная реальность. Сущность Бога и есть Его ипостась. Как трактовать единую ипостась Христа, если его природа есть личность? Здесь возникает угроза его раздвоения", - считает ученый.

Решение этой проблемы Петр Александрович видит так: "Опасность двоичества мы преувеличиваем. И решить эту проблему можно, вглядываясь в реальность "я". Например "я" есть как воспринимаемое так и я воспринимающее". Петр Александрович напоминает яркие примеры из Евангелия, свидетельствующие о двух природах Христа: "Моление о Чаше, когда во Христе говорит человек, но не "я" как целое, а как момент "я", и тут же второй голос - голос Бога. И также на Кресте - когда мы слышим"свершилось", это голос Бога. Христос Бог дает высказаться Христу Человеку".

Богослов Тимур Туровцев в своем докладе "Понятие воипостазированной природы как богословская проблема" отнес проблему воипостазированной природы к V веку."Не существует никакой единой человеческой природы. И когда мы говорим о понятии "природа", мы говорим, что она ипостасная. Как отличить ипостась от личности? Григорий Богослов определяет ипостась как то, в чем есть Божество", - сказал Тимур Александрович.

Наталья Сапронова посвятила свой доклад теме "Иисус Христос как Бог и как человек в западной живописи". По мнению Натальи Михайловны, почти во всех известных произведениях живописи Христос передан только лишь как человек: "Догмат не был достигнут, не был прочувствован". Но есть и исключения - Наталья Михайловна привела пример итальянского художника сиенской школы Дуччо ди Буонисеньи (1260-1319): "У него оживает Богомладенец", испанского художника, современника Эль Греко Луиса де Моралеса: "На полотне "Богоматерь с Младенцем и веретеном" возникает чувство, что Она только сейчас поняла, что ждет ее Сына. Орудие пытки оказалось в руках Младенца, и сам Сын понимает всю неотвратимость Пути. Богомладенец даже от удивления ротик открыл, то есть здесь появляется понимание Божественно-человеческой участи".

Далее Наталья Сапронова обращается к ван Дейку: "Перед нами "Несение Креста". Человека этого здесь сложно заметить - маленького, придавленного, совсем не такого, как у Тициана". И в заключение - Христос в "Тайной Вечере" Леонардо да Винчи: "Он уже сказал о Своей участи ученикам, и теперь отстранился от происходящего". Наталья Михайловна проследила опыт, в сущности, секулярной живописи, но все же боящейся утратить эту истину, тайну Богочеловечества Христа.

Доклад Константина Махлака назывался "Христологический догмат отца Сергия Булгакова и Карла Барта: Опыт сопоставления".

По мнению Константина Андреевича, у отца Сергия Булгакова личность - это не предмет, не вещь, это выход к Иному. "И вот Троичность, ипостасность, жертвенная самопотеря Святой Троицы находит утверждение в другом. И эта мысль близка к Барту".

Швейцарский кальвинистский теолог Карл Барт (1886-1968), в отличие от отца Сергия, никакой софийности и социологии не приемлет, но в христологичности эти два гиганта мысли совпадают. "Отец Сергий Булгаков начинает с антропологии и переходит к христологии. Но суть в том, что человек - это то, что должно еще состояться и самоопределиться. У человека есть идентичность, но она ложная, греховная, и она должна быть преодолена в вочеловечении Бога. Бог воплощается в человека - что это значит? Обрести в другом свое подлинное "я", обращенность к Иному, чтобы познать себя, ипостасность. И это дает Богу возможность познавать иную, человеческую природу. Барт мыслит примерно так же: Бог - это то "я", которое исходит от "ты" и вечно устремлено к "ты". И характеристика этого движения - самоотвержение устремленности", - поясняет Константин Андреевич.

ИА "Вода живая",
16.04.15