К 30-летию преставления архиепископа Тихвинского Мелитона (Соловьева)

У выдающегося русского мыслителя Ивана Ильина есть высказывание: "Доброта доверчива, деликатна и любовна. Она есть луч из Царства Божьего. Она есть живое благоволение… Сердце человека должно все простить и запеть от сочувствования, сорадования и сострадания".
 
4 ноября 2016 года, в праздник Казанской иконы Божией Матери, исполняется 30 лет со дня преставления одного из подвижников веры и благочестия ХХ столетия - архиепископа Тихвинского Мелитона (Соловьева). Сердце этого старца-святителя обладало особым даром любви и, действительно, в соответствии со словами известного философа, все прощало и пело от сочувствия, сорадования и сострадания к людям.

Господь подарил мне замечательную возможность познакомиться с архиепископом Мелитоном и воспринять от него наставления и уроки в начале моей осознанной духовной жизни, на первом этапе церковного служения. В 1975 году меня зачисляют во второй класс духовной семинарии города на Неве и вскоре предлагают нести послушание иподиакона у бывшего ректора Ленинградских духовных школ, викарного архипастыря архиепископа Тихвинского Мелитона. Освобожденный в связи с преклонным возрастом по собственному прошению от ректорства, архипастырь сосредоточил свои силы на духовном окормлении многочисленной паствы обширной Лениградской епархии, включавшей тогда в себя приходы упраздненных Новгородской и Олонецкой епархий. Владыка Мелитон часто служил в Троицком соборе Александро-Невской лавры и Николо-Богоявленском кафедральном соборе города на Неве, посещал Новгород, нередко ездил в Старую Руссу, Петрозаводск и Олонец.

Иподиаконство у владыки Мелитона, организация его служения в храмах Ленинграда и помощь в поездках по епархии, контроль за сохранностью утвари и облачений являлись моими обязанностями на протяжении всего периода обучения в семинарии, а затем и в академии. Благодаря плотному графику служения архипастыря наше общение с ним было регулярным. Старец-святитель, а тогда владыке было почти восемьдесят, любил проводить свободные часы в задушевных беседах с близкими людьми, с духовными чадами, делился интересными моментами своей богатой биографии, вспоминал выдающихся церковных деятелей и интересных людей, с кем пришлось ему повстречаться на жизненном пути, рассказывал о праведниках и подвижниках, о святынях, храмах и монастырях. Хорошая память, эрудированность, доброе чувство юмора, чуткое внимание к собеседнику, живость характера делали такие встречи яркими, незабываемыми. Это был один из людей, одаренных Богом, так редко встречающимся сегодня даром общения.

Жизненная стезя архиепископа Мелитона, отошедшего в вечность на 90-м году жизни, по сути совпала с трагическим путем Русской Православной Церкви в ХХ столетии. В свои школьные годы он жил и воспитывался еще в царской России, а затем каждая веха его пастырского служения, начиная с рукоположения в 1921 году, будет наполнена трудностями и отмечена испытаниями, которые переживала вся Церковь Христова в России в эпоху гонений и преследований. Когда владыка принимал меня в своей скромной квартире в семинарском флигеле, и после обсуждения текущих вопросов оставалось время для беседы, то небольшая комната превращалась в кабинет истории, а в рассказах архипастыря раскрывались сила духа православного народа, мудрость и стойкость в вере священников и иерархов, явленные в годину огненного испытания.

Родился владыка Мелитон (в миру - Михаил Дмитриевич Соловьев) 14 октября (по старому стилю) 1897 года в большом торговом селе Свищевка Пензенской губернии. Таинственным образом начало и завершение земной жизни архиепископа Мелитона было связано с Казанской иконой Пресвятой Богородицы. Мать будущего Тихвинского святителя, Мария Григорьевна, еще до его рождения посвятила Царице Небесной свое дитя в молитве перед чтимой Казанской иконой Божией Матери. О своей маме владыка будет вспоминать как о первой духовной наставнице: "Покойная моя мама Мария была глубоко верующим человеком. Скажу более, она была строго церковным человеком. Ей я и обязан своим религиозным воспитанием". Еще одним наставником юности стал для Михаила Соловьева священник Николай Болоховский (†1926) - выдающийся пастырь и духовный просветитель, ученик праведного протоиерея Иоанна Кронштадтского. Мария Григорьевна была духовной дочерью отца Николая и стала водить на исповеди и беседы к нему своего сына. "Отец Николай весь смысл жизни христианина видел в частом причащении Святых Христовых Таин. По его благословению я с детства ежемесячно причащался Святых Таин, с его благословения пошел учиться в духовную школу", - рассказывал о своем наставнике архиепископ Мелитон. Отношение к частому участию в Таинстве Причащения, как средоточию всей духовной жизни останется у владыки до конца его земных дней. Будучи священником, а затем и епископом, он всегда стремился как можно чаще совершать Божественную Литургию и приобщаться Святых Даров. Если владыке приходилось бывать в других епархиях, он обязательно посещал храмы, молился в алтаре и причащался Святых Христовых Таин.

В семилетнем возрасте состоялось личная встреча Михаила Соловьева с праведным Иоанном Кронштадтским - светильником Русской Церкви начала ХХ столетия. Не раз впоследствии с особым сердечным чувством будет вспоминать об этой истории владыка. Когда мама, Мария Григорьевна, подвела его под благословение к святому Кронштадтскому пастырю, отец Иоанн Сергиев сказал отроку такие слова: "Люби Церковь Божию, и ты никогда не причинишь ей зла". Как особое наставление передавал архиепископ Мелитон этот завет праведного протоиерея Иоанна молодым пастырям, семинаристам и иподиаконам.

Любовь к протоиерею Иоанну Кронштадтскому, почитание его пастырских трудов и духовного наследия будет сопровождать Тихвинского святителя на протяжение всей его жизни. В его судьбе случилось явное чудо, связанное с этим праведником. В 1934 году молодому иерею Михаилу Соловьеву отец Иоанн явился в сонном видении. Явление было очень ярким. Кронштадтский пастырь повелительно обратился к священнику со словами: "Исповедуй меня!". На следующий день отца Михаила арестовали. Следователь на допросе задал вопрос: "Правда ли, что Вы почитаете монархиста, священника Иоанна Сергиева?". В тот страшный час владыка Мелитон не отрекся от имени праведника и исповедовал перед лицом безбожников отца Иоанна как святого пастыря и угодника Божия. Дознаватель открыл ящик стола и достал оттуда фотографию отца Иоанна Кронштадтского. "А вы могли бы сейчас поцеловать эту фотографию?" - продолжил допрос следователь, и подал священнику Михаилу небольшую фотографию батюшки. В ответ отец Михаил перекрестился и поцеловал фотографию Кронштадтского праведника. Следователь дописал протокол допроса, поставил точку и сказал: "Можете идти, вы свободны", и отпустил отца Михаила. И только, выйдя на улицу, он вспомнил виденный накануне сон: "Исповедуй меня!". Владыка действительно исповедал отца Иоанна Кронштадтского, и тот явил ему дивное чудо, избавив от неминуемой гибели. В то время подобного рода заявления о почитании протоиерея Иоанна Кронштадтского могли повлечь за собой репрессивные меры вплоть до расстрела. Владыка Мелитон рассказывал, что хорошо понимал это, но поступить иначе, отречься, слукавить он не мог.

Еще об одном чудесном событии вспоминал владыка. Однажды в 30-е годы, когда он служил в Москве, ему необходимо было перенести портрет отца Иоанна из одного дома в другой. Тайно, ночью идет отец Михаил по опустевшим улицам, и вот навстречу ему откуда-то из подворотни выбегает бесноватый, начинает что-то неистово кричать о протоиерее Иоанне Сергиевом и показывать при этом на тщательно завернутый в бумагу и ткань портрет праведника. Так же неожиданно как появился, этот одержимый злым духом человек исчез. Владыка отмечал, что даже портрета отца Иоанна боятся и трепещут бесы.

С 1906 по 1915 год Михаил Соловьев учился в миссионерской школе в селе Поиме Чембарского уезда Пензенской губернии. Большое торговое село Поим являлось в те годы значимым образовательным центром Пензенского края. Здесь было несколько школ, в которых трудились выдающиеся преподаватели, как в священном сане, так и светские. На духовное и интеллектуальное становление будущего архипастыря особо повлияли синодальный миссионер протоиерей Ксенофонт Крючков († 1909) и Иван Степанович Козлов († 1971), впоследствии протоиерей и профессор Ленинградской, а затем Московской Духовной Академии. С душевной теплотой и благодарностью будет вспоминать их в своих рассказах владыка, приводя на память отрывки из лекций по миссионерству и духовному просвещению. По словам архипастыря он научился вести диспуты и аргументированно отстаивать свою точку зрения в научных спорах именно у этих педагогов, что и пригодилось ему в 20-х годах в деле защиты Православия от нападок агитаторов "научного атеизма". Духовное образование Михаила продолжилось в Тамбовском духовном училище, которое, впрочем, ему не было суждено окончить из-за начавшейся I Мировой войны.

Никольский храм в селе Поим, где в школьные годы молился и пел на клиросе Михаил Соловьев, закрыли в 1929 году и превратили в зернохранилище. Архиепископ Мелитон вспоминал, как будучи священником, в 60-е годы он навестил это село и подошел к закрытому храму. При виде поруганной святыни сердце пастыря сжалось от боли, а на глазах навернулись слезы. Окна храма были заколочены большими старинными иконами, на большинстве из которых изображения уже не сохранились. Владыка приблизился к одному из окон и поцеловал потемневший образ, некогда сиявший яркими красками и позолотой. "Я ощутил тонкий, но вполне явственный запах ладана, исходивший от иконы, - говорил архипастырь, - и перед моим мысленным взором предстало былое величие храма, красота церковных служб; я вспомнил, как в этих святых стенах исповедовался и причащался Христовых Таин, как с усердием пел в хоре и читал часы и шестопсалмие. На несколько мгновений я вернулся в детские и юношеские годы, согретые православной верой и горячими молитвами в этой сельской церкви".

В июне 1916 года Михаил Соловьев был мобилизован. "После многих скитаний по военным дорогам в начале 1919 года я оставлен был на работе в Чембарском уездном военном комиссариате в качестве помощника делопроизводителя мобилизационного отдела", - рассказывал владыка. Это горькое испытание войной повторится в его жизни еще раз. Он будет мобилизован в начале Великой Отечественной войны и в звании лейтенанта прослужит до ее окончания начальником планово-оперативного отдела при штабе одной из воинских частей на Урале. За отличное выполнение служебных заданий будущий иерарх получил награду - медаль "За победу над Германией". Памятуя участие архиепископа Мелитона в двух войнах митрополит Ленинградский и Новгородский Никодим (Ротов) называл его "владыка-воин".

В 1920 году Михаил Соловьев женится на благочестивой девушке из духовного сословия, студентке историко-филологического факультета Вере Михайловне Звездочетовой (†1958), а через год его демобилизуют из рядов армии. Вступив в брак и расставшись с военной службой, он получил возможность вернуться к своему призванию - к служению Церкви Христовой. 24 ноября 1921 года по старому стилю, в день памяти великомученицы Екатерины, за Божественной Литургией в Боголюбском храме в Пензе он был рукоположен во диакона епископом Борисом (Лентовским), а через два месяца, 23 января 1922 года, тем же Преосвященным хиротонисан в сан иерея в Никольском храме города Пензы. Священническое служение отца Михаила в Пензенском крае проходило на двух приходах: с 1922 по 1924 год в селе Белозерках, а с 1924 по 1928 год в селе Сентяпино. Владыка отмечал красоту этого места своего служения: "Село было замечательное, все утопало в вишневых садах, тянулось вдоль опушки соснового бора".

Начало пастырского делания будущего святителя совпало с широкомасштабным наступлением безбожников на Православную Церковь. По решению Центрального исполнительного комитета от 20 июля 1921 года Агитпроп и его региональные отделения должны были приступить к всесторонней антирелигиозной пропаганде. В Агитпропотделе ЦК для координации антирелигиозной борьбы возникла специальная Антицерковная комиссия. В качестве одной из действенных мер по ликвидации религии в стране, а самое главное уничтожению авторитета Православия среди крестьянского населения, по мнению идеологов должна была стать пропаганда "научного атеизма". Ненавидевшие Церковь большевистский идеолог А.В. Луначарский и руководители Союза воинствующих безбожников Е.Н. Ярославский и А.Т. Лукачевский подчеркивали необходимость руководствоваться в этой "работе" ленинским положением "борьбу с религией надо поставить научнее". В Пензе первая богоборческая организация была образована в 1922 году. Ее членами велась пропаганда на страницах местных печатных изданий и организовывались уличные шествия с антирелигиозными лозунгами и карикатурами в преддверии церковных праздников. С 1926 года активистами антирелигиозного кружка начинается "работа на местах": на фабрики, предприятия и в крестьянские хозяйства стали приезжать специально приглашенные лекторы-агитаторы. Формой "научного просвещения" и "борьбы с религиозными предрассудками" были выбраны диспуты, споры пропагандистов с представителями Церкви. Отец Михаил, получивший хорошую миссионерскую подготовку, оказался активным участником многих диспутов с безбожниками в Пензенской епархии. По рассказам владыки, диспуты проходили в переполненных народом помещениях. С некоторой долей иронии вспоминал он о научной беспомощности, а то и полной безграмотности докладчиков-атеистов. "Они стремились меня распропагандировать, но сами ничего не понимали. Когда мне нужно было рассказать о происхождении Солнечной системы как части мироздания, я излагал теорию Канта - Лапласа в переработке французского астронома. Они, конечно, не знали системы Канта - Лапласа и с открытыми ртами слушали меня. Они даже отказались продолжать диспут и уехали. Им это просто оказалось очень невыгодным, так как диспуты превращались в религиозную агитацию", - рассказывал святитель. "Ведь как рассуждали тогда: "Что такое попы? Ведь это народ темный, суеверный и стоит нам в диспутах "раскрыть" их невежество, так и религии конец". Надо, конечно сказать, что батюшки наши не были такими уж темными, как представлялось их противникам. Учились, ведь, они в духовных школах, семинариях, изучали богословие, философию, языки", - объяснял владыка причины побед священнослужителей на диспутах с атеистами, и особо подчеркивал серьезную подготовку духовенства, получившего образование в миссионерских учебных заведениях. Отца Михаила, как яркого пр